Макет карьера «Соврудник»: ничего особенного, кроме всего остального
Макет карьера Соврудник в Северо-Енисейск — это тот редкий случай, когда сам макет можно честно описать фразой:
«Ну… макет как макет. Такой же, как в проекте».
Ничего эпичного.
Ничего сверхъестественного.
Просто карьер.
Зато история его появления — как всегда, с приключениями, потому что по-другому у нас, видимо, не работает.
«Ну… макет как макет. Такой же, как в проекте».
Ничего эпичного.
Ничего сверхъестественного.
Просто карьер.
Зато история его появления — как всегда, с приключениями, потому что по-другому у нас, видимо, не работает.
Макет не влез в дверь
Начнём с главного.
При заказе никто не учёл размеры макета.
А размеры у него были не скромные, 2,2 × 2,2 метра. Почти компактный. Если вы — ангар.
Административный корпус рудника оказался зданием ещё советской постройки, а в СССР, как я понял дверные проёмы были меньше.
Макет решительно отказался проходить внутрь.
Дверь — тоже.
После короткого, но насыщенного обсуждения было принято элегантное инженерное решение:
👉 вынести раму на втором этаже
👉 краном поднять макет через образовавшееся отверстие
И всё это — за один день, потому что макет должен стоять ко Дню металлурга.
А День металлурга — это не дедлайн, это святое.
При заказе никто не учёл размеры макета.
А размеры у него были не скромные, 2,2 × 2,2 метра. Почти компактный. Если вы — ангар.
Административный корпус рудника оказался зданием ещё советской постройки, а в СССР, как я понял дверные проёмы были меньше.
Макет решительно отказался проходить внутрь.
Дверь — тоже.
После короткого, но насыщенного обсуждения было принято элегантное инженерное решение:
👉 вынести раму на втором этаже
👉 краном поднять макет через образовавшееся отверстие
И всё это — за один день, потому что макет должен стоять ко Дню металлурга.
А День металлурга — это не дедлайн, это святое.
Один город, один макет и ноль гостиниц
Как это часто бывает, на монтаж я поехал один.
Приехал в Северо-Енисейск — город маленький, уютный и настолько компактный, что его нет в большинстве приложений по аренде жилья. Ну нет — и всё.
Я подумал:
«Да ладно, приеду, по ходу зайду в гостиницу, сниму номер».
Спойлер: не снял.
Когда монтаж был закончен и я пришёл заселяться, выяснилось, что:
— время около шести вечера,
— День металлурга,
— в гостинице мест нет вообще,
— совсем.
На улице уже собирается народ, площадь заполняется, праздник начинается,
где-то неподалёку разогревается Газманов.
А я:
— с пачкой чипсов,
— сижу на скамейке,
— морально готовлюсь к ночёвке под открытым северо-енисейским небом.
Как меня спасла тётка инженера
И вот тут маленький город спасает тебя именно тем, что он маленький.
Я сижу, хрущу чипсами, философски смотрю в закат слух мой ласкает знакомое на генетическом уровня "аяаяаясные дни..."— и вдруг мимо проезжает инженер Соврудника , тот самый, который принимал у меня работы.
Он останавливается и спрашивает:
— «Данил, а ты что здесь делаешь?»
Я вкратце рассказываю свою эпопею: гостиница, чипсы, йайаясные дни, ночь, скамейка.
Он кивает и говорит фразу, которая в тот момент прозвучала как спасательный гимн:
— «Так, я сейчас позвоню своей тётке. Поедешь к тётке».
И всё.
Тётка нашлась.
Крыша над головой появилась.
Я выжил.
Ночевал у тётки инженера, а на следующий день спокойно уехал автобусом из Северо-Енисейска, с ощущением, что это был не монтаж макета, а очередной производственный роуд-муви.
Приехал в Северо-Енисейск — город маленький, уютный и настолько компактный, что его нет в большинстве приложений по аренде жилья. Ну нет — и всё.
Я подумал:
«Да ладно, приеду, по ходу зайду в гостиницу, сниму номер».
Спойлер: не снял.
Когда монтаж был закончен и я пришёл заселяться, выяснилось, что:
— время около шести вечера,
— День металлурга,
— в гостинице мест нет вообще,
— совсем.
На улице уже собирается народ, площадь заполняется, праздник начинается,
где-то неподалёку разогревается Газманов.
А я:
— с пачкой чипсов,
— сижу на скамейке,
— морально готовлюсь к ночёвке под открытым северо-енисейским небом.
Как меня спасла тётка инженера
И вот тут маленький город спасает тебя именно тем, что он маленький.
Я сижу, хрущу чипсами, философски смотрю в закат слух мой ласкает знакомое на генетическом уровня "аяаяаясные дни..."— и вдруг мимо проезжает инженер Соврудника , тот самый, который принимал у меня работы.
Он останавливается и спрашивает:
— «Данил, а ты что здесь делаешь?»
Я вкратце рассказываю свою эпопею: гостиница, чипсы, йайаясные дни, ночь, скамейка.
Он кивает и говорит фразу, которая в тот момент прозвучала как спасательный гимн:
— «Так, я сейчас позвоню своей тётке. Поедешь к тётке».
И всё.
Тётка нашлась.
Крыша над головой появилась.
Я выжил.
Ночевал у тётки инженера, а на следующий день спокойно уехал автобусом из Северо-Енисейска, с ощущением, что это был не монтаж макета, а очередной производственный роуд-муви.
Итог:
Сам макет карьера «Соврудник» — очередной простомакет.
Ровно такой, как вы видите на фотографиях.
Зато его история — с краном, советскими дверями, Газмановым, чипсами, и тёткой, которая спасла макетчика от ночёвки на скамейке.
И если вы спросите нас, любим ли мы такие проекты —
мы ответим честно:
конечно, любим.
Потому что потом именно их и вспоминаешь.
Сам макет карьера «Соврудник» — очередной простомакет.
Ровно такой, как вы видите на фотографиях.
Зато его история — с краном, советскими дверями, Газмановым, чипсами, и тёткой, которая спасла макетчика от ночёвки на скамейке.
И если вы спросите нас, любим ли мы такие проекты —
мы ответим честно:
конечно, любим.
Потому что потом именно их и вспоминаешь.
